Чувствую, к концу года я буду этим Ли. По дороге в поезде я читаю Нюрнбергские интервью, при уборке и собирая пазл - слушаю аудиокнигу «Нюрнбергский трибунал», и перед сном ещё смотрю документалки. Очень успокаивает, почему-то.
Деды не вывозили
Чем больше читаю/слушаю о юридических дебатах, предшествовавших Нюрнбергскому трибуналу, тем больше сомневаюсь в правильности избранной сейчас Европой тактики в отношении России, её руководства и населения. Но, что немаловажно, ситуация другая из-за дурацкого ядерного оружия.
СЛОЖНО. Но очень полезно для укрощения эмоций.
«Что делать с немцами» и «что делать с верхушкой Рейха» после победы над ними обсуждалось задолго до конца войны. Высказывались разные точки зрения, от экстремальных «уничтожить немецкую индустрию навсегда» до вполне гуманных для того времени. Пошли по относительно гуманному пути
Но ситуация полностью не зеркалится, потому что на российскую территорию полномасштабная война не придёт.
Надо, в общем, читать и думать, я всё равно ничего не придумаю, но хоть отсрочу Альцгеймер.
Американские юристы задавались примерно теми же вопросами, что и я сейчас: а с фига ли мы только немцам предъявляем за преступления против человечества и геноцид в компании чуваков, которые тоже отлично умели в преступления против человечества и геноцид, aka СССР? ->
На самом деле, никто там в этих мемуарах и письмах не писал USSR. Везде там Russians. И колебания явные: ладно, СССР больше всех пострадал от войны, пусть судят, их как-то неловко судить сейчас.
Но при этом, понимание, что мира не будет, пока так же не осудят СССР, у людей было.
Что мы, собственно, и наблюдаем. Даже хотя бы международное объявление НКВД/КГБ преступными организациями наравне с Гестапо после развала СССР уже теоретически могло бы предотвратить то, что происходит сейчас. Но увы.
Мне так нравится, как автор говорит об архивистах. Почему выжило так много документов нацистской Германии: потому что, несмотря на приказы, архивист, в силы профессии, «скорее зарежет своего ребёнка, чем уничтожит архивы, которыми занимался».
Так что архивы были целёхоньки. ->
Они были распиханы по разным укромным местам, но к ним прилагались архивисты, которых, кстати, отвозили в компании с их драгоценными архивами на территорию Союзников, чтобы они помогли разобраться в коллекции.
Снова повеселила книга. После того, как перед началом суда вышел многостраничный том с обвинениями, один из ознакомившихся с ним нацистов пришёл в ужас и сказал, что если всё правда, то проблема в тех, кто исполнял приказы на местах, и всему виной… НЕДОСТАТОЧНАЯ ЧИСТОТА КРОВИ 🤡
Франк: если вам будут другие говорить, что ничего не знали, не верьте. Даже если мы не знали подробностей, то мы ощущали, что что-то очень сильно не так.
Даже аргументы у нацистов были те же самые, что у нынешних российских говорящих голов. В ответ на зачитанную в суде речь Гитлера, где он объявлял, что собирается воевать и обеспечивать Германию за счёт ресурсов захваченных стран, Геринг сказал: а как же США и Техас? Им так можно?
Из всех подсудимых в Нюрнберге, конечно, для меня наибольший интерес представляет Геринг. Мне, кажется, знаком такой типаж: умный, обаятельный, циничный, напрочь лишённый эмпатии нарцисс. Я не думаю, что до него удалось достучаться каким-то способом. Впрочем, надо читать дальше.
Любопытные замечания о советском судье Никитченко. Его и британцы, и американцы описывают, как человека достойного, сведущего, и в целом восхищаются им. Биография Никитченко при этом чудовищная: 102 приговора «вслепую» по телеграфу и расстрелы «за шпионаж»
ru.m.wikipedia.org/wiki/Никитченк…
Продолжаю умиляться над путями человеческой души: к середине процесса нацисты вполне сходились на том, что во всем виноват Гиммлер – и, тадаааам, почему? Потому что он недостаточно расово чист. Негроидная раса примешалась. “Я видел его форму черепа, я в этом разбираюсь!»
Вообще, чем больше я изучаю реакции некоторых нацистов, тем больше мне приходит на ум слово «инфантильные». Инфантильность Геринга в его бравуре и висельных шутках, Франка в его раскаянии (но он хотя бы раскаялся, единственный), всех прочих в их убеждённости в расовой теории.
Геринг весь процесс би лайк: «Это не геноцид, если тебе было весело».
Книги описывают его как человека острого ума, большой харизмы, и даже несмотря на то, что он знал, что его повесят, он хотел оставаться примером для остальных, за многое взял ответственность. Но не вину.
Фигура, совершенно противоположная Герингу по ощущениям - Риббентроп. Геринг, судя по всему, человек был бесстрашный и ответственность не перекладывал, выручив часть своих коллег, а вот рейхс-Лавров был трусом и говорящей головой. Абсолютно поглощённый Гитлером предмет мебели.
Нам это сложно сейчас представить, но магнетизм Гитлера, судя по всему, действительно был чем-то особенным. О нем не говорили плохо все эти очень разные люди. Они восхищались им до глубины души. Интересно, что же такое в нем было.
Мерзейшие персонажи нюрнбергского процесса – Розенберг и Штрейхер. Первый использовал ресурсы суда для распространения антисемитских статей, второй – поехавший на идее антисемитизма представитель жёлтой прессы, которого к тому же волновала чужая потенция. 🫥
Это неловкое чувство, когда вроде ты и генерал-фельдмаршал в орденах, но у тебя прозвище «кивающий осел», а писари шутят про тебя: «Мы никогда не записываем первое предложение в выступлении Кейтеля, потому что оно всегда такое же, как последнее – в выступлении Гитлера».
Просто хочется запилить тест для российских Совбеза и гос-СМИ «Кто ты из подсудимых Нюрнбергского трибунала?»
Я почему-то каждый раз удивляюсь, что нацисты продолжают быть нацистами даже на трибунале и даже друг к другу. Комендант Аушвица Хёсс: не без гордости даёт подробнейшие показания, как он повысил пропускную способность газовых камер и вообще был эффективным менеджером. ->
Остальные подсудимые после этого рассказа: пребывают в подавленном состоянии и молчат.
Только Дёниц и Геринг снова пришли к выводу: это всё оттого, что Хёсс – из Южной Германии, уроженец Пруссии никогда бы не совершал таких зверств.
Круче всех, все-таки, Розенберг. Этот, оправдываясь, попытался убедить обвинителей, что слово «изничтожить» (в английском переводе - exterminate) в применении к евреям – семантически не аналогично слову «убить».
На процессе выступает один из ключевых свидетелей: Гизевиус.
Он для всей честной компании (кроме Шафта) на скамье подсудимых – максимально неприятная фигура. Защита многих строилась на том, что бороться с системой было невозможно. Гизевиус являл собой живой пример обратного.
Работать в МВД, Гестапо, с 1933 года собирать доказательства преступлений для будущего трибунала, участвовать в заговоре против Гитлера, будучи дипломатом стать американским агентом, передать информацию о ракетах Фау, выйти живым с допросов Гестапо, умереть пожилым. Красавчик.
Заснула в процессе прослушивания речи Альберта Шпеера – личного архитектора Гитлера, где он рассказывал, как собирался отравить Гитлера газом через вентиляцию бункера.
Я думала, мне приснилось, а оказалось, там реально это было. Но как-то не сложилось. А было бы иронично.
Испытывала извращённое удовольствие, слушая, как советская делегация (безуспешно) изворачивалась по поводу Катыни. Катынь эту в Нюрнберг они притащили сами: расстрел в Катыни СССР потребовал включить одним из главных пунктов в список преступлений нацизма, в начале процесса. 🤡
Но что-то пошло не так, когда Катынь начали разбирать на трибунале. Больше всего меня повеселил аргумент советского обвинения, что тот факт, что большинство людей было застрелено в затылок, безошибочно свидетельствует о том, что убийцы – немцы, так как «так делают только они».
Наконец добралась до главы с приговорами. Советская делегация в своем репертуаре: для 100% подсудимых требовала смертной казни. После уговоров включалась в обсуждение и все же соглашалась на тюремные сроки. С чем советская делегация не могла смириться – так это с оправдательными.
Ахахаха, я не могу. Процесс закончился, все судьи и обвинители прощаются друг с другом и уезжают из Нюрнберга. Советская делегация: уезжает, не попрощавшись, а также погрузив в грузовики всю мебель и сантехнику (!!) из домов, где они располагались.
Несколько советских юристов уехали, все-таки, «в более традиционной манере», как сообщает автор. Ну, спасибо хоть на этом.
Share this Scrolly Tale with your friends.
A Scrolly Tale is a new way to read Twitter threads with a more visually immersive experience.
Discover more beautiful Scrolly Tales like this.